Только для чтения

Гришечкин зашел в деканат после занятий. О посмотрел на Марину без особого интереса; хоть и была она молодой и превлекательной, Гришечкин относился к ней с прохладцей.

- Георгий Валентинович, - не отрываясь от монитора, произнесла Марина. - Вас Сергей Прокофьевич просил к нему зайти.

- Сергей Прокофьевич? - Гришечкин с его маленькими слабостями не очень-то любил общаться с начальством, ну мало ли что. - А не знаете, Мариночка, зачем?

- Георгий Валентинович, мне он не докладывает, - она по-прежнему смотрела монитор. - Зайдите к нему, и все узнаете. Он как раз еще у себя.

- Ага. - Гришечкин напрягся, на лбу проступил крупыми каплями пот, в животе что-то закололо. Но делать нечего - идти придется.

Он осторожно постучал и открыл дверь. Сергей Прокофьевич сидел за своим рабочим столом и что-то читал, но когда Гришечкин заглянул в кабинет, отложил свое чтение в сторону. Он жестом пригласил Гришечкина войти, поднялся из-за стола и протянул лектору руку. Гришечкин неуверено ее пожал.

- Вы хотели меня видеть?

- Да вы садитесь, в ногах-то правды нет.

Гришечкин сел на стул. Его все еще не покидали поозрения о том, что маленькая тайна самым неведомым образом стала известна декану, который теперь хочет вывести его, Гришечкина, на чистую воду.

- Я хотел с вами поговорить о двух студентах.

“Ну все, - подумал Гришечкин, - на него донесли. Как же такое случилось? Он был осторожен. Да. видимо не настолько… Сейчас такое начнется”. И Гришечкин стал придумывать, что будет врать декану.

- Георгий Валентинович, вы знаете, как я отношусь к успеваемости на факультете. А вот эти двое могут испортить всю картину накануне конца семестра.

И Гришечкин понял, что его пронесло.

- О ком идет речь? - поинтересовался он, выдохнув свои страхи.

Разговор закончился тем, что Гришечкину дали двух студентов, чтобы он их подтянул. Естественно, все это не бесплатно для отстающих. Декан улыбался, когда говорил о том, что его доля будет всего навсего сорок пять процентов. Гришечкину ничего не оставалось, как дать свое согласие (меж тем про себя он решил, что накинет еще пару десятков долларов). И еще одна новость обрадовала - среди отстающих была Маша Погодина, подружка Караваевой. Той самой Караваевой, которой последние месяцы грезил Гришечкин. Грыз все это время локти, а теперь он к ней приближался…

- Где была сегодня?

- Так, сначала по делам ездила, а потом о магазинам прошлась… - ответила Ира.

- Ну а где же покупки? - поинтересовался я.

- Ничего не приглянулось, - спокойно и с улыбкой.

- Мне кажется ты что-то от мееня скрываешь, - я постарался сказать это с шутливыми интонациями. Хотя мне вовсе не хотелось сейчас шутить - практически целый день я не мог до нее дозвониться, это не нормально. Что я должен думать? Нет, заниматься допросами и построением псевдоверсий не собираюсь. Лучше уж пусть все будет так, как есть. Надо постараться поверить. Конечно, я верю, безусловно… Только она все-таки врет… или по крайней мере что-то скрывает.

- Брось говорить ерунду, - она села на диван рядом со мной; в нос сразу ударили ее духи перемешанные с дымом сигарет. - Твои подозрения - абсолютно беспочвенны. Я чиста перед тобой.

Ее улыбка всегда сводила меня с ума. И всегда меня обезоруживала, смягчала, даже когда я был в гневе. Вот и сейчас я сразу согласился с ней, что говорю (и самое главное - думаю) глупости. Но ей признаваться в этом не стоит, нет, это будет слишком. Я отогнал от себя подозрения, улыбнулся ей в ответ, и поцеловал ее в губы.

- Есть хочешь? - спросил я.

- Пожалуй, а что у нас на ужин?

- Я приготовил курицу, ну и овощи тебе сделал, как ты любишь.

- О… что это на тебя вдруг нашло? - она распустила волосы. Теперь она просто бесподобна, еще несколько минут и об ужине можно будет забыть.

- Да, я просто решил сделать тебе сюрприз… - и я пошел на кухню.

Декан был человеком либеральным и на реформы образования смотрел более, чем положительно. Корупцию во власти он естественно осуждал, хотя от многочисленных подарков не отказывался. Предоставляя возможность студентам учиться на своем факультете, Сергей Прокофьевич обеспечивал будущее своей семьи.

Показатели успеваемости факультета всегда были самыми лучшими в университете, поэтому Сергея Прокофьевича уважало руководство и ему завидовали коллеги, другие деканы. Добиваться высоких показателей удавалось с помощью дополнительных (”факультативных”, как говорил Сергей Прокофьевич студентам) занятий. Которые оплачивались отдельно преподавателю, ну и декану, разумеется, перепадало.

Близились новогодние праздники (хоть снега и не видно, настроение же имелось вполне подходящее), и нужно было позаботиться о подарках близким. Тем более, конец семестра, а это значит, что “хвосты” нужно подчищать. И перспективных студентов имелось несколько.

- Марина Владимировна, когда Георгий Валентинович появится, попросите его заглянуть ко мне. Хорошо?

- Хорошо, Сергей Прокофьевич, - ответила секретарша, не отрываясь от монитора, где виртуальные карты на виртуальном сукне никак не хотели собираться в “Косынку”.

А Сергей Прокофьевич вошел в свой кабинет.

« Previous Page — Next Page »